Александр Антропов: «Наша задача — влюбить детей в хоккей»

Автор: Алёна Захарова
24.09.20
4365
12 минут чтения
Спорт
В 2010 году 19-летний форвард «Авто» Александр Антропов в дебютном матче забросил три шайбы в ворота «Стальных Лис». Этот хет-трик стал первым в истории МХЛ. Большую часть времени он провёл в школе «Тракторе», затем вернулся в родной Екатеринбург. На взлёте своей карьеры, Александр играл за «Автомобилист», но получил тяжёлую травму и завершил карьеру. Сейчас Антропов — детский тренер в одной из хоккейных школ Екатеринбурга. В 29 он стал главным тренером на «Дацюк-арене». Его команда «СКА Юность», в которой играют мальчишки 2008 года рождения, обыгрывает сверстников не только в России, но и в Канаде. В беседе с Overtime.life тренер-новатор вспомнил о том, как выбрал профессию, рассказал о своей команде и школе, а также о проблемах, которые могут встретиться на пути подрастающего хоккеиста.
— Александр, правда ли то, что вы пришли в хоккей из фигурного катания?
— Да, всё верно. Я родился в Екатеринбурге, начал заниматься фигурным катанием у Марины Ивановны Симаковой. Это мать хоккеиста Алексея Симакова. На коньки у неё вставал. С 4 или даже с 3,5 лет. Потом в 7,5 — 8 лет перешёл в хоккей. Я занимался на «Юности» у Валерия Георгиевича Голоухова, потом перешёл в «Спартаковец» в 9 лет. Затем переехал в Челябинск в «Трактор».
— Ваш челябинский наставник Станислав Юрьевич Шадрин — достаточно жёсткий тренер, требовавший дисциплину. Можете что-то вспомнить о нём?
— Он не строгий, а справедливый тренер. Не было никогда такого, где мы с ним не соглашались, если только по молодости. Станислав Юрьевич сформировал команду, которая является самой сильной за всю историю школы «Трактор», хотя в «Тракторе» была в принципе сильнейшая школа в России. Можно сказать, что он один из лучших тренеров. Нашей команде, в том числе мне, с ним очень повезло. Сейчас такого там уже нет.
— Что-то переняли от него или же у вас свой тренерский подход?
— Я стараюсь брать всё лучшее от тех тренеров, с кем работал сам и на кого смотрел со стороны. Поэтому какие-то методы, конечно, использую от него, но стараюсь быть к детям более демократичным.

— На взлёте вашей карьеры вы получили травму, из-за которой пришлось закончить с хоккеем. О чем вы тогда думали?
— Это был очень тяжелый момент. Я на полгода абстрагировался от хоккея, перестал общаться с друзьями, ушёл в себя. Мне было стыдно, что я завязал. В голове была куча разных переживаний. Я начал серьёзно играть в компьютерные игры. Потом пришлось брать себя в руки, чем-то заниматься. Сначала подумал пойти тренером по физподготовке в клуб КХЛ. Прошёл курсы, понял, что мне это абсолютно не нравится. Так начал тренировать детей.
— Как поняли, что это ваше?
— Как только начал тренировать. Раньше, так называемые подкатки, не были развиты в таком объёме как сейчас. В Екатеринбурге, как и в России, было немного мест, где занимались дополнительно развитием игроков. Я начинал работать в зале в КРК «Уралец». Многие дети, которые тренировались ранее с другими тренерами, захотели заниматься у меня. Поэтому я понял, что у меня неплохо получается.
— Вы начали работать в школе «Автомобилист», а занятия проходили в КРК «Уралец», потом слились с «Юностью» — что-то поменялось в ваших тренировках?
— Мы стали ещё лучше работать. Мы не стоим на месте, обучаемся. Мы занимались в школе «Автомобилист». Нам должны были построить детскую школу, но из-за различных обстоятельств, в том числе из-за того, что дворец просто решили не строить, приняли решение школу закрыть. Тогда у нас были сформированы команды трёх возрастов: 2008, 2009, 2010 год. Встал выбор, в какую школу пойти. Мы выбирали между «Спартаковцем» и «Юностью». Это был достаточно запоминающийся период. Ни одна из команд не была этому рада, потому что мы приходили и заменяли их. Началось много разных писем в наш адрес. Меня даже в педофилии обвиняли, чтобы как-то помешать нам.

— Как справлялись с хейтерами?
— Ну, тяжело, конечно, когда такое говорят, вроде стараешься делать полезные вещи. Всё обошлось. Это же всё на уровне сплетен было.
— Команда называется «СКА Юность», чем она отличается от прежней «Юности»?
— Полностью новый рабочий и тренерский состав. От старой «Юности» осталось только название, так как «Дацюк-арена» находится на территории «Юности».
— «Спартаковец» поставляет кадры для «Автомобилиста», а ваша школа?
— На данный момент мы находимся в системе СКА. Поэтому наши дети, как и все дети системы СКА будут иметь контракт с командой из Санкт-Петербурга. Но, забегая вперёд, скажу, что у нас в планах строительство академии либо в Европе, либо в Северной Америке, чтобы дети продолжали свои карьеры там, потому что там уровень намного выше. Мы стараемся работать так, чтобы дети получали возможность пойти за пределы российского хоккея. На нём свет клином не сошёлся.

— Расскажите о вашей команде? Чем секрет её успеха?
— Качественно работаем, хорошие дети, хорошие родители, грамотно построен тренировочный процесс — вот от этого, наверное, и успех.
— Помимо работы с детьми, нужно работать с родителями. Бывают ли сложности здесь?
— Тут надо изначально правильно выстраивать отношения с родителями. Есть, конечно, сумасшедшие родители, которые пытаются всё контролировать. Но если брать нашу школу, то у нас такое правило, что мы втроём в одной лодке. Если родитель не понимает, чем мы занимаемся, он может делать неправильные выводы. От незнания будет мешать грести, и мы будем крутиться на месте. Поэтому мы стараемся родителей посвящать в наши планы. Я думаю, у нас не так много проблем с этим возникает. Всё зависит от того насколько тренер выстроит отношения с родителями.
— Тренировки отличаются от других школ?
— Да, наши тренировки отличаются. Мы сотрудничаем, обмениваемся опытом и знаниями с канадскими, шведскими, американскими и финскими специалистами. Привлекаем их для совместной работы и повышения квалификации. Стараемся брать самые эффективные методики, на наш взгляд, и применять их для России.
Очень много внимания уделяем развитию индивидуальных навыков, катанию, владению клюшкой, броскам. У нас для этого есть профильные специалисты, которые отвечают за те, или иные элементы. Для оценки прогресса детей в школе введено тестирование, это около 40 тестов на катание, владение клюшкой, броски и передачи, которые мы проводим три раза в год.

— Как построен тренировочный процесс?
— Набор у нас идет с четырёх лет. С этого возраста до семи лет детей тренирует Артур Олегович Курилюк. Вместе с ним работают четыре ассистента по skils. Они обучаются непосредственно у меня: кого-то я учу, как правильно показывать базовое катание, кого-то учу показывать владение клюшкой.
С самыми маленьким, начинающими, занимается Юлия Сергеевна Кузьмина. В этом возрасте дети намного лучше слушаются девочек. На тренировке всегда по 4-5 тренеров. Дети получают максимальное внимание. Наша задача — влюбить детей в хоккей. Тренировки построены в игровой форме. Тернер не стесняется надеть на себя голову волка из «Ну, погоди», поиграть в «догонялки», потому что мотивировать детей этого возраста тем, что они будут забивать как Овечкин или получат большой контракт, не срабатывает, а когда они играют с тренером в Человека-паука или Халка, то процесс проходит намного интересней. В семь лет команде присваивается тренер, который ведёт детей дальше. Дети начинают учить тактику, четыре специалиста по skils работают с этой командой и также развивают индивидуальные навыки. Так мы и работаем примерно.
— Помимо стандартных тренировок, дополнительные занятия есть?
— Кроме тренеров по хоккею есть тренер по степ-аэробике, тренер по физподготовке, также мы привлекаем тренера по йоге. Наши дети ходят на дзюдо. С 12 лет начинается силовая борьба, ребята начинают толкаться, а толкаться они не умеют, не рассчитывают силы и получают переломы. Мы наняли тренера по дзюдо, потому что он может научить группироваться, падать, держать равновесие. Мы стараемся подключать как можно больше качественных специалистов, чтобы они объяснили нашим детям то, что они не в состоянии сделать сами.
— Какие задачи поставлены перед тренерами школы?
— Очень много спортсменов, которые не заиграли. Но не всё зависит от игрока. Поэтому наша задача поставлять готовых, максимально обученных ребят к выпуску. В хоккее не ставят оценки за те, или иные навыки, но игрока оценивают по тому, сколько навыков он получил с 7 до 18 лет. Чем больше получил, тем дороже в цене, тем больше шансов заиграть. Но при этом ещё учитывается игровое мышление и всё в совокупности. Ещё одна наша задача — воспитать как можно больше детей для сборной России.

— Какими вы ожидайте увидеть детей в будущем?
— Сейчас хоккей в мире ускоряется. Ускоряется по той причине, что поменялся стиль подготовки. Во главе угла развитие индивидуальных навыков. В скандинавских странах, как Швеция или Финляндия, и в Северной Америке на это идёт уклон только немножко в другом стиле. Мы стараемся успевать за другими странами, может даже стараемся превосходить их. Ожидаю, что дети будут обучены индивидуально, хорошо воспитаны, готовы к конкуренции, а дальше как получится.
— Артемия Панарина в 13 лет признали бесперспективным в школе «Трактор», а сейчас он звезда НХЛ. Как избежать таких ситуаций?
— Таких ситуаций не избежать, всегда такое будет. Очень много хоккеистов заиграли вопреки, нежели закономерно. Мы всё-таки стараемся системно выпускать. Конечно, в оправдание можно говорить: «Да, кто-нибудь все равно у меня заиграет». Это не совсем наш подход. Пример Панарина это один из немногих, но далеко ходить не нужно, подобное регулярно встречается у нас в России, потому что система не совсем правильно выстроена. Тут промашка тренера.
— Все тренировки в школе снимаются на видео...
— У нас тренировка снимается на три камеры с трёх ракурсов. Во-первых, мы их снимем, чтобы просто отследить процесс. Во-вторых, чтобы мы могли разобрать их с детьми в классе теории. У нас есть два класса теории с проекторами и партами, где мы можем собраться, разобрать игру, ошибки или тактические упражнения. Нам раньше всё рисовали на макете. На макете ты понимаешь, но, если тебе показывают на телевизоре всё гораздо лучше видно. Мы шагнули дальше и заказали 98-дюймовый экран, на котором тренировка будут транслироваться с задержкой в 20-30 секунд, чтобы можно было остановить и показать ребенку его недочёты.

— Тренировки, которые вы выкладывали в Instagram, набирали сумасшедшее количество просмотров. В чём секрет их популярности?
— Я начал это делать первый. На тот момент хоккейные тренировки в России ещё никто не выкладывал. Кроме того, у меня очень качественный, новаторский контент. Сейчас такие видео записывают все подряд. Если брать контент, который они делают, то он взят либо у нас, либо еще у нескольких человек, которые понимают, что они делают на этих видео и для чего. Остальные копируют. Даже слабые тренеры находят себе аудиторию, потому что некоторые родители выбирают не качество, а просто тешат своё самолюбие.
— Вы ездили с ребятами в Канаду. Что дают такие поездки?
— Мы ездили в Канаду дважды. Первый раз на обучение. Есть такой тренер Яри Бурски, он считается самым статусным тренером в мире по развитию навыков. Интересно, что он сам не хоккеист, а польский фигурист, но живёт в Канаде и работает там больше 30 лет. Из 700 действующих игроков NHL у него регулярно занимаются человек 80-90 — все самые сильные хоккеисты. Мы ездили туда, чтобы познакомится и обменяться опытом, получить рекомендации.
Первый раз мы вывозили пять хоккеистов разной комплекции и технического оснащения, в том числе для того, чтобы посмотреть, как тренер выстроит тренировочный процесс по развитию индивидуальных навыков для этих ребят. Потому что все дети разные и, очевидно, что нужен индивидуальный подход по их развитию. Например, что большому хорошо, не факт что будет полезно маленькому и наоборот.
Во второй раз мы поехали уже командой на турнир. Такие поездки дают огромный опыт и огромную мотивацию. Более того, когда дети съездили туда, то поняли, насколько важен английский язык. Это в принципе очень важно в современном мире, а в хоккее тем более. Даже, когда тебя драфтуют, смотрят на этот момент. У нас в школе с этого года вводится углубленное изучение английского.

— Расскажите о разнице детского хоккея в Канаде и России?
— В Канаде другая система подготовки. Во-первых, весь хоккей оплачивается за счёт родителей. Во-вторых, намного больше игр за сезон, чем в России. В возрасте 10-11 лет дети у них играют по 60-80 матчей за сезон. Плюс их дети играют полноценные матчи плей-офф с этого возраста. Например, я, как и многие другие хоккеисты в России, свой первый плей-офф провёл в МХЛ. Не скажу что это лучше или хуже, просто, в том числе в этом большая разница. В-третьих, у них развитие более индивидуальное. Если у родителя есть возможности, то его ребёнок будет заниматься физподготовкой у отдельного тренера, это касается и катания, владения клюшкой и других навыков. Причём квалификация тренера зависит от финансовых возможностей, можно хоть с детства работать с лучшими канадскими специалистами. Это не запрещено, а приветствуется, потому что их клубные тренеры этим не занимаются вовсе, потому что не их профиль.
Клубный тренер не считается как «тот, кто воспитал игрока» как это принято у нас в России. Их дети работают со многими специалистами, поэтому назвать одного невозможно. В Канаде школ намного больше. У них на всех аренах 2-4 ледовых коробки, которые забиты хоккеистами. В одном округе Онтарио зарегистрировано 250 команд 2008 года. Округ Онтарио примерно в три раза больше Свердловской области. У нас в России всего около 250 команд. Стадионы пропитаны другим духом. Там свои традиции, например, считается постыдным иметь баул с колёсиками. У них шестилетние дети  тащат баул на плече, как в старые добрые времена. Все дети ходят в одинаковой одежде: кепки, штаны, кофты, баулы, не говоря уже про игровую форму. Одинаковые перчатки, например. Бросилось в глаза, что дети в возрасте с 13 лет ходят на матчи уже в строгих костюмах. Ты не имеешь право прийти в спортивном. Всё так же, как в NHL. Это их традиции.
— Как вы думайте в России такое возможно?
— Мы в своей школе стараемся это прививать. Многие пункты у себя реализовываем. Детям нравится.

— Что еще понравилось или запомнилось в Канаде?
— Мы сходили на матч NHL. Там абсолютно другой уровень хоккея, уровень шоу, уровень эмоций. Мы были в Торонто на матче. Организаторы заметили кучу детишек в майках СКА и показали по кубу. Нас, тренеров, нашли, связались и подарили памятные подарки — сертификаты с официальной печатью, что это первый матч в NHL, который посетили дети. У ребят был позитивный заряд и огромнее эмоции. Кроме того, Канада — необычная страна для хоккеиста. Это огромная разница там все болеют хоккеем, там на каждом углу хоккей. В каждом заведении будь-то ресторан, кафе, магазин на стене висят четыре телевизора, видимо закон у них такой. По ним транслируют NHL, NBA, NFL. Заходишь в продуктовый магазин: можно купить молоко, а можно купить клюшку. Перчатки, клюшка, форма продаются даже там.
— А вас не звали работать за границу или в другие регионы?
— Меня много раз звали работать в Северную Америку. Шведы приглашали. Много предложений есть.
— Помимо детей вы работаете со взрослыми состоявшимися игроками из молодежки «Авто» и «Автомобилиста», а также с хоккеистами из NHL. Упражнения для них те же самые?
— Хоккеист, который заинтересован в развитии себя, всегда занимается совершенствованием своих навыков в летний период при подготовке к сезону. В России это не так развито, как в Северной Америке. Там люди нанимают индивидуальных тренеров. Для них это норма. У нас это только начинает внедряться. Те, кто у нас занимаются, а это, например, Никита Нестеров из NHL, Данил Гущин из CHL, Иван Чехович, который играет в системе «Сан Хосе», Максим Рассейкин из «Автомобилиста». Упражнения делаем такие же или даже упрощаем, потому что хоккеистам, которые прошли «старую школу», где не было тренеров по развитию, некоторые элементы даются тяжело. Очень многие хоккеисты нашей российской школы не имеют некоторых навыков, потому что их не обучали этому. Они берут больше характером или игровым мышлением.

— Многие игроки не хотят играть в России, в том числе в родных клубах КХЛ и уезжают в Европу или Северную Америку. Такую тенденцию называют проблемой. Как её решить?
— Мы как раз в этом направлении работаем, чтобы отъезд происходил. Это проблема? Для нас это не проблема!
— Министерство спорта России представило проект изменений в Закон о спорте, связанных с отъездом молодых игроков за рубеж. Если спортсмен уезжает из России в зарубежную команду до 23 лет, то он должен компенсировать своей школе все расходы по своей подготовке. Что можете сказать на счёт подобных мер?
— Я не знаю, как это комментировать. Создайте условия тогда для детей, чтобы они оставались здесь. Выстройте систему. Даже если просто порассуждать. Предположим, что мы будем в системе «Автомобилиста». У нас старшая команда 2007 года, в которой 25-30 человек. К выпуску 20 человек должны попасть в МХЛ. В команде МХЛ уже будут играть ребята. Сколько из них попадёт в МХЛ? Десять? А остальных куда? А дети хорошие. У нас уровень хоккеистов очень высокий: 1-2 и 3-4 пятерка по уровню между собой не отличаются. Они одинаково катаются, разница лишь в игровом мышлении и то, когда дети подрастают, то они начинают конкурировать с лидерами. Но, допустим, в команду возьмут всех двадцать, а еще через год выпускается 2008 год. И что,2007 год на выход или в КХЛ всех возьмут? У нас не выстроена пирамида.
Есть такой тренер Борис Дороженко, он работает в Аризоне, сам родом с Украины, тренировал Остина Мэттьюса. Года два назад, когда мы с ним только познакомились, он спросил о перспективах моих ребят на выпуске и дал мне совет: «Если их распределить по разным клубам у них будет намного больше шансов себя реализовать, потому что если ты их распределишь в одну систему, то шансов заиграть у них не будет, два-три заиграют, остальные закончат».

— Почему тем, кто всё-таки попал в МХЛ и проявил себя очень хорошо, не удаётся закрепиться на высоком уровне во взрослой команде? Например, в том же «Автомобилисте» за последнее время, не считая лимитчиков, которые обязаны быть по регламенту, практически никто не смог закрепится в основе.
— Например, есть тренер КХЛ не с репутацией Знарка или Билялетдинова. Его подписывают в команду, контракт при этом рассчитан на год или на два. Ему ставят задачу, и он вынужден эту задачу выполнять. Будет ли он рисковать, доверяя молодёжи играть и жертвовать своим местом? Либо он будет по максимуму стараться использовать игроков, чтобы не выглядеть глупо перед руководством. Поэтому народ-то и не играет. А с другой стороны это проблема, может быть, и детских тренеров. Хоккеистов нужно подводить к КХЛ, они должны быть готовы морально и физически к этому и вообще понимать куда идут. Это отчасти проблема системы
— А как вы считайте команда, состоящая из местных игроков — это утопия или реальность?
— В реалиях нашей системы — это невозможно. Для этого должна быть выстроена пирамида, чтобы все выпускались в один клуб. Наверное, реальность, но надо, чтобы все были в этом заинтересованы.
— Что сделать, чтобы выстроить эту пирамиду?
— Я знаю, как она должна выглядеть, а что сделать... Нужно, чтобы много людей в это поверили, вот и всё.
Подписывайтесь на email-рассылку Overtime.life — все главные тексты недели и месяца на почте! Подписывайтесь на нас в Facebook и «ВКонтакте»
Иллюстратор: 
Фото: Алексей Колчин
Рубрики: Спорт
Подписаться на рассылку OVERTIME.LIFE

Нажимая кнопку «Подписаться», я даю своё согласие на обработку моих персональных данных, в соответствии с Федеральным законом от 27.07.2006 года №152-ФЗ «О персональных данных», на условиях и для целей, определенных Политикой конфиденциальности.

Комментарии
авторизуйтесь, чтобы оставить комментарий
Комментариев нет, будьте первыми!

Нажимая кнопку «Авторизуйтесь, чтобы оставить комментарий», я даю своё согласие на обработку моих персональных данных, в соответствии с Федеральным законом от 27.07.2006 года №152-ФЗ «О персональных данных», на условиях и для целей, определенных Политикой конфиденциальности.

Overtime.life - портал о спорте и не только
С нами скучно не будет — подписывайтесь на нашу рассылку
Подписаться на рассылку OVERTIME.LIFE

Нажимая кнопку «Подписаться», я даю своё согласие на обработку моих персональных данных, в соответствии с Федеральным законом от 27.07.2006 года №152-ФЗ «О персональных данных», на условиях и для целей, определенных Политикой конфиденциальности.

Мы пишем легко и просто почти обо всём. Иногда шутим, иногда
смеемся. Смотрим на мир под другим углом. Любим иронию и сарказм